В НХЛ прокомментировали вероятность участия сборной России в Кубке мира‑2028
Вице‑комиссар НХЛ Билл Дэйли высказался по поводу возможного возвращения сборной России на международную арену в рамках Кубка мира по хоккею, который запланирован на 2028 год. По его словам, окончательных решений о статусе российской команды к настоящему моменту не принято.
Дэйли подчеркнул, что вопрос допуска российской сборной по‑прежнему остаётся открытым и будет рассматриваться позднее, с учётом общей политической и спортивной ситуации в мире ближе к дате проведения турнира. Он отметил, что сейчас ни одна из сторон не может гарантировать участие или неучастие России, поскольку обсуждение формата и состава участников ещё продолжается.
«На данный момент мы не приняли никакого решения о том, будет ли Россия приглашена к участию», — заявил вице‑комиссар лиги. Его слова отражают осторожный подход НХЛ: руководство предпочитает не забегать вперёд и сохранять пространство для манёвра, наблюдая за динамикой международных отношений и позицией хоккейных организаций.
Кубок мира по хоккею 2028 года, согласно уже утверждённому формату, должен пройти в феврале и охватить сразу несколько городов и стран. Матчи планируется проводить в канадских Калгари и Эдмонтоне, а также в Праге, столице Чехии. Турнир рассчитан на участие восьми национальных сборных, однако окончательный список команд пока не сформирован. Лига и профильные федерации продолжают переговоры, обсуждая не только спортивный принцип отбора, но и политические, коммерческие и имиджевые аспекты.
Отдельное внимание привлекает тот факт, что сборная России с февраля 2022 года не выступает на большинстве официальных международных турниров под эгидой ведущих спортивных организаций. Это касается в том числе чемпионатов мира среди взрослых и молодёжи. Основной причиной являются последствия политической обстановки и действующие решения международных федераций и олимпийских структур.
Отстранение от крупных соревнований уже серьёзно повлияло на статус российской команды в мировом хоккейном сообществе. Игроки, выступающие в НХЛ и других зарубежных лигах, сохраняют индивидуальный престиж, но отсутствие регулярного участия сборной в больших турнирах затрудняет объективную оценку её текущего уровня и перспектив. Именно поэтому возможное приглашение на Кубок мира‑2028 рассматривается многими как один из ключевых маркеров будущего статуса России в международном хоккее.
Для НХЛ вопрос формирования состава участников Кубка мира всегда был не только спортивным, но и политико‑экономическим. Турнир задуман как витрина лучших хоккеистов планеты, притягивающая зрителей по всему миру и усиливающая влияние лиги за пределами Северной Америки. С этой точки зрения отсутствие сборной России, традиционно входящей в круг ведущих хоккейных держав, объективно уменьшает спортивную интригу и зрительский интерес, особенно в Европе и на постсоветском пространстве.
В то же время лига не может игнорировать решения и позиции международных организаций, а также политический фон. НХЛ, будучи коммерческой структурой, вынуждена балансировать между желанием видеть на льду сильнейших игроков и необходимостью учитывать возможные репутационные риски, реакцию партнёров и спонсоров, а также общественное мнение в США, Канаде и Европе. Именно поэтому формулировки Дэйли носят максимально аккуратный характер: двери формально не закрыты, но и обещаний никто не даёт.
С точки зрения спортивной логики участие России в Кубке мира выглядело бы естественным. Национальная команда исторически входит в число фаворитов любого крупного турнира: в её распоряжении — широкий выбор игроков НХЛ, КХЛ и европейских лиг, богатая школа подготовки и опыт крупных побед в прошлом. Матчи России против Канады, США, Швеции или Финляндии традиционно вызывают повышенный интерес и становятся центральными событиями турниров. Отсутствие такого участника неизбежно влияет и на конкурентный баланс, и на телевизионные рейтинги.
Однако после 2022 года спортивные аргументы уже не являются единственными определяющими факторами. Решение о приглашении или неприглашении сборной России на Кубок мира 2028 года, по сути, перешло в плоскость большой политики и международных отношений. Лиге придётся учитывать позицию национальных федераций, настроение правительств стран‑организаторов, возможные ограничения на использование символики и гимна, а также готовность других сборных участвовать в турнире при потенциале присутствия российской команды.
Не стоит забывать и о временном факторе. До 2028 года остаётся несколько лет, в течение которых геополитическая ситуация может заметно измениться. Это создаёт для НХЛ пространство для выжидательной тактики: окончательные решения могут быть отложены до момента, когда станет ясно, каким будет политический фон, какие правила будут действовать в международном спорте и как изменится практика отстранений или допуска российских спортсменов.
Для российской стороны возможное участие в Кубке мира‑2028 могло бы стать важным шагом к постепенному возвращению на крупнейшие турниры. Формат Кубка мира удобен тем, что организатором выступает не международная федерация, а НХЛ совместно с профсоюзом игроков, что теоретически оставляет больше манёвра для нестандартных решений и компромиссов. В случае допущения команды Россия получила бы шанс вновь продемонстрировать уровень сборной на фоне сильнейших соперников, а игроки — сыграть в статусном международном турнире, не связанном напрямую с календарём чемпионатов мира и Олимпийских игр.
Для болельщиков в России и за её пределами ситуация остаётся крайне неопределённой. С одной стороны, сам факт того, что НХЛ не закрыла тему участия сборной России и не дала однозначного отрицательного ответа, оставляет пространство для осторожного оптимизма. С другой — отсутствие чётких гарантий и привязка к политическим факторам не позволяют строить конкретные ожидания. Многие вынуждены воспринимать Кубок мира‑2028 скорее как гипотетический шанс, чем как гарантированный турнир с участием российской команды.
Наконец, нельзя исключать и промежуточные форматы, которые НХЛ уже использовала ранее. В прошлых розыгрышах Кубка мира лига экспериментировала с объединёнными командами и сборными‑сборными (например, командой Европы или молодёжной сборной Северной Америки). В теории, при сохранении сложной политической обстановки, но желании видеть российских игроков на льду, могут быть предложены компромиссные решения — от нейтрального статуса до условной «команды без флага». Однако подобные варианты потребуют согласия сразу нескольких сторон и всё равно останутся предметом споров.
Таким образом, заявление Билла Дэйли лишь зафиксировало статус‑кво: судьба сборной России в контексте Кубка мира по хоккею 2028 года пока не определена. Лига не закрывает дверь, но и не даёт повода говорить о скором возвращении. Ответ на вопрос, увидит ли мир российскую команду в числе восьми участников турнира в Калгари, Эдмонтоне и Праге, будет зависеть не только от спортивных аргументов, но и от того, как будет развиваться международная ситуация в ближайшие годы.